Linked In Vimeo Facebook RSS ...thanks to special header icons manager you can also add your icons here in any size... Мое видео

Король Артур сражается с великаном

     Все картины пишутся с любовью и гарантией-в ручную по проверенным технологиям и традициям живописцев 17-18 веков.

Король Артур сражается с великаном
Король Артур сражается с великаном
О короле Артуре и рыцарях круглого стола
Немного существует легенд, которые пересказывались столь часто и в столь отличных друг от друга вариантах, сколь легенда о короле Артуре. Число вариаций, в каждой из которых присутствует свой Артур, поистине огромно: от исторических трактатов до фольклорных сказаний, от средневекового романа в стихах до бродвейских мюзиклов, от Мэлори до «Монти-Пайтон», от Теннисона до телесериалов. На протяжении многих столетий имя короля Артура было на слуху у людей, говорящих на самых разных языках.
Артуровская традиция, в сложности и богатстве которой сегодня никто уже не сомневается, оказалась еще и исключительно живучей. В различные периоды концепции «легендарного короля», в том числе и идеологические и даже политические, в значительной степени отличались друг от друга. Каждое следующее поколение, каждый писатель или художник, работая в русле господствовавших в его время представлений о великом короле или уходя от них, привносил что-то свое в интерпретацию артуровских мотивов. Популярность этой легенды отчасти объясняется именно ее способностью к трансформации, приспособляемостью: Артур предстает то военачальником из Темных веков, то королем-патриархом из рыцарского романа. Он может воплощать неподвластный времени идеал короля, родившегося в Средние века, но живущего повсюду и во все времена. Это «во все времена» подразумевает в том числе и будущее — возвращение Артура неоднократно предрекали или ожидали. С этой точки зрения Артур поистине — «король отныне и навсегда».
История короля Артура и его доблестных рыцарей, известная сегодня большинству читателей в России по романам Мэри Стюарт и различным кинофильмам (см. Фшьмография), возникла не сразу. Сам огромный свод Маиёге йе Вге(а§пе, как иногда называют всю средневековую литературу о короле Артуре вообще, собирался на протяжении нескольких столетий. В обзорных и частных статьях настоящей энциклопедии кельтские и валлийские легенды и сказания, стихотворные рыцарские романы (в дальнейшем — ранние рыцарские романы XII—XIII вв.) и циклы прозаических романов (в дальнейшем — прозаические циклы XIII—XV вв.), а также их адаптации для читателей XIX и XX вв. в целях упрощения в целом названы артуровским эпосом.
Корни легенды о великом короле следует искать в мифологических сказаниях кельтского Уэльса (см. Кельтская литература о короле Артуре; Кельтские корни артуровского эпоса), хотя об Артуре упоминает (пусть косвенно) и ряд ранних хроник (см. Гилъда; Исторические хроники о короле Артуре; Риотам). Однако первая, говоря сегодняшним языком, «официальная биография» Артура появилась в хронике Гальфрида Монмутского «Деяния королей Британии». Здесь уже намечены основные события жизни короля: загадочное рождение, извлеченный из камня меч, война с саксами, предательство Мордреда и битва на равнине Солсбери и отплытие Артура на Аваллон в сопровождении Морганы Ле Фей и ее свиты. Появляются и основные герои: чародей Мерлин и храбрый Кэй, Бедивер и племянник Артура Гавейн, а также королева Гвиневера.
Бретань, заселенная в IV—V вв. переселенцами из кельтской тогда еще Британии, оказалась благодатной почвой для валлийских сказаний, которые распространились затем по всей Франции. На основе этих легенд и повествования Гальфрида стали возникать стихотворные рыцарские романы, и в артуровский мир вошли новые герои — Ивейн и Лодина, Луннета, Глингалин и многие другие, но лишь со стихотворными романами Кретьена де Труа артуровский эпос вовлек в свою орбиту легенду о Граале и историю любви первого рыцаря Камелота Ланселота Озерного и королевы Гвиневеры.
Следующим поворотным моментом в истории литературы об Артуре стал переход от стихотворной формы к прозаической. В результате возник свод из пяти романов, известный как «Вульгата», или «Цикл Ланселота — Грааля».
Легенда об Артуре как магнит,притягивала к себе другие сюжеты и темы. Так, в «Вульгату» органично влилась еще одна древняя легенда — легенда о Тристане и Изольде, которая до тех пор (в поэтическом своем варианте) существовала совершенно самостоятельно.
Анонимные авторы «Вульгаты» попытались свести воедино все романы, возникшие в середине XIII в. вокруг артуровских тем, и написать единую и последовательную историю артуровского мира. Впоследствии подобная попытка была предпринята еще дважды: переписчиками и редакторами свода прозаических рыцарских романов «Поствульгата» и в конце XV в. — сэром Томасом Мэлори.
Попытки найти ответ на вопрос, существовал ли в действительности король Артур, попытки идентифицировать так называемого исторического Артура, о котором столько рассказывают ранние средневековые хроники, возможно, никогда не потеряют своей притягательности. Но даже если оставить в стороне историю, образ легендарного короля все равно остается неоднозначным; можно даже говорить не об одном, а о нескольких Артурах: о завоевателе и полководце хроник реальных и псевдохроник, о культурном герое кельтских сказаний, появляющемся в окружении мифологических или полумифологических персонажей, или об Артуре рыцарских романов, воплощающем идеалы Камелота.
Рыцарские романы артуровского эпоса, действие которых, замешанное на полулегенде-полумифе о древнем короле бриттов на фоне ландшафтов из кельтской волшебной повести, донесли до XX в. сплав кельтской и англосаксонской традиций. В течение значительного времени изучение артуровского эпоса заключалось преимущественно в поиске в кельтском материале истоков рыцарских романов XII— XIII вв. и их аналогов. Однако душу и сердце этих романов — поступки героев, их чувства и побуждения, их этические ценности и идеалы — искать следует не в древней или квазиисторической Британии, а при дворах и в монастырских школах XII в. Видения артуровских рыцарей, пускающихся в странствия по сказочным лесам в поисках любви, приключений и смысла собственного бытия, являлись умудренным в мирских делах клирикам-гуманистам, которые, перенося их на бумагу, стремились образовать и развлечь скромный двор местного сеньора или придворное куртуазное общество, предлагая им образчик рыцарственного поведения. «Куртуазные» идеалы и сама фигура куртуазного рыцаря — плод усилий именно этих людей. На многих средневековых Поэтов, часть которых так и остались безымянными, оказало немалое влияние гуманистическое мышление школ XII в.: они выросли в плодотворном климате «возрождения XII в.». В этических идеалах артуровских романов явственно чувствуется возрождение античности, которую открыло для себя Средневековье, и отнюдь не случайно, что самые первые рыцарские романы — это в значительной степени реминисценции античных эпосов: к примеру, «Роман о Бруте» Баса повествует о Троянской войне и странствиях Энея.
Воздействие артуровских легенд на литературу Нового времени поистине огромно. После полуторавекового забвения «Королевские идиллии» Теннисона положили начало «артуровскому возрождению». Артуровские романы пользовались невероятной популярностью во Франции времен Директории. Мотивами этого эпоса пронизаны многие тексты французских символистов, в том числе Шарля Бодлера. Известна ранняя повесть Гийома Аполлинера, в основе сюжета которой — попытки рыцарей Круглого Стола освободить чародея Мерлина от заклятия, наложенного на него Вивианой-Нимуэ. В записных книжках Александра Блока существуют заметки к ненаписанной драме о Тристане. Джеймс Джойс включил легенду о Тристане и Изольде в «Поминки по Финнегану». Аллюзии на историю Персеваля и Камелот присутствуют в целом ряде романов Томаса Манна, в том числе в романе «Доктор Фаустус». В рассказе В. Набокова «Ланс», где не только главный герой назван Ланселотом, но и присутствует мотив моста-клинка, уводящего в иной мир, исследование космоса приравнивается к скитаниям странствующих рыцарей. В романах Вальтера Скотта неоднократно можно встретить упоминания народных легенд об Артуре, а в одном из них даже пересказана легенда о пещере, в которой спит этот король.
Соотношение и взаимовлияния различных сюжетов в артуров-ском эпосе и их связи с лежащей в его основе устной традицией — тема достаточно обширная и сложная. Некоторые сведения по ней приведены в статьях, посвященных отдельным героям и отдельным сюжетам, а также в обзорных статьях: Артур, персонаж рыцарских романов; Боги и герои; Кельтские корни артуровского эпоса; Фольклор; Фольклорная топография.
В энциклопедию включены статьи на большинство персонажей, появляющихся более чем в одном романе, статьи на основные мотивы артуровского эпоса (Грааль, Круглый Стол, Меч в Камне и т.п.), а также на мотивы, типичные для рыцарских романов вообще (Святой отшельник, Феи и т.п.).
Имена персонажей и географические названия в Средневековье подвергались той или иной степени искажения: как правило, в результате ошибок переписчиков, и различные манускрипты одного и того же романа могут приводить дюжину и более вариантов того или иного имени. В энциклопедии за основу взяты имена, собранные в индексе имен «Смерти Артура» Мэлори в издании общества Медичи, и их русское написание в индексе имен по изданию в серии «Литературные памятники» (М., 1974). Исключения составляют «Луннета», «Мелиадус», «Морхольт», «Нимуэ». В скобках после основного приводятся варианты имен, известные из других традиций. Так, например, Тристан у Мэлори назван Тристрамом, а валлийские легенды называют его Дристаном, Дористеном и т.д. В энциклопедию включены также статьи на персонажи, отсутствующие в «Смерти Артура» Мэлори, такие как Лорин, Ривалин и т.п.
Единой устоявшейся традиции транслитерации валлийских имен пока, к сожалению, неч существует. Имеется ряд более или менее верных вариантов прочтения и написания этих имен. Один вариант представлен в статье С. В. Шкунаева в энциклопедии «Мифы народов мира» (М., 1994); другой — в книге «Сказания красного дракона. Волшебные сказки и предания кельтов», подготовка текстов которой выполнена А. Платовым и О. Бедаревой (М., 1996); третий — в книге А. и Б. Рис «Наследие кельтов. Древняя традиция в Ирландии и Уэльсе» в переводе Т. А. Михайловой (М., 1999); и четвертый — в «Мабиноги-он. Волшебные легенды Уэльса» в переводе В. В. Эрлихмана (М., 1995). В настоящем издании валлийские имена даны по пусть и спорному, но опирающемуся на традицию серии «Литературные памятники» изданию «Мабиногион. Волшебные легенды Уэльса» (Москва, 1995).
Поскольку легенды, сюжеты и мотивы, составляющие историю артуровского мира, рассеяны в статьях на отдельных персонажей и отдельные мотивы, для того чтобы читатель мог представить мир, созданный различными легендами, хрониками и романами как единое целое, в энциклопедию включена статья Хронология событий артуровского эпоса.